Рассказы о моторных полетах

Полеты на мотопараплане, паралете
Ответить
Аватара пользователя
officer
Администратор
Сообщения: 11
Зарегистрирован: 13 янв 2021, 15:53

Рассказы о моторных полетах

Сообщение officer »

Во мраке ночи
Позавчера довелось мне наконец-то осуществить давнишнее желание – полетать среди облаков при свете полной луны. Причём облака были не какими-то жалкими клочьями тумана, а вполне себе полноценной кучёвкой, даже активной. А вообще, погода стояла довольно аномальная, и порой было откровенно жутко.

Обычно, если в таблице ВиндГуру узкий голубой островок позднего вечера и раннего утра окружён зловещими красно-малиновыми шеренгами, это говорит о том, что часы досуга лучше посвятить дивану – ветер хоть и стихнет у земли, но на высоте уже сотни метров он по-прежнему будет дуть в полную силу. Однако в этот раз на ночную пору приходился разворот с запада на восток, что внушало определённый оптимизм. Ну и полнолуние, пришедшееся всего-то на прошлую ночь…

Прибыв на удалённое поле незадолго до одиннадцати вечера, мы с Анной застали там ночную прохладу, влажную траву, взвесь неких частиц, плывущую сквозь воздух в свете фонарика (лёгкий туман, как позже выяснилось), а также слабенький ветерок, дувший с востока. При этом дымы предприятий промзоны, расположенной километрах в восьми от поля, показывали строго противоположное направление, поэтому я морально подготовился к срезу ветра где-то на сотне метров. И посетовал на то, что, приехали поздновато и упустили самый фокус разворота – дуло-то уже с востока! Ну-ну…

Разложился я, значит, под восточное направление, встегнулся в подвеску и, сидя лицом к крылу, начал прогрев двигателя. И тут ВНЕЗАПНО строго с запада пришёл мощный порыв, приподнявший и потащивший крыло прямо на меня. Называется: «Хотел разворот? На, получи!». Обычно, если ветер вот так, резко и с порывом, меняет направление на прямо противоположное, это говорит о сходе термика неподалёку. Но тут, как бы, ночь на дворе… Я заглушил двигатель, вылез из подвески, отцепил крыло, рассердился, опечалился и почти отказался от полёта ввиду явной аномальности погоды. Но всё же решил немного выждать и посмотреть, что будет дальше. А дальше порывы прекратились, ветер ослаб и утвердился на западном направлении. Можно лететь!

Намокший от росы аппарат унёс меня в чёрное небо ровно в полночь, и там я в полной мере оценил все странности погодных условий. У земли теперь дул устойчивый ЗСЗ, а метрах на 150-200 его внезапно сменял плотный СВ. Помимо обычной зоны турбулентности на срезе ветров, там же висели разрозненные клочья тумана, невидимые с земли, но чётко различимые сверху. Забегая вперёд, скажу, что где-то после километра направление ветра опять резко менялось на ЮЮЗ.

Преодолев все приземные неровности воздуха, я направился на юго-восток, в пойму, подальше от города. Там ведь сейчас разлив, так что взглянуть на эту «дельту Амазонки» в лунном свете мне очень хотелось. И зрелище не разочаровало! Там, где раньше были мелкие озерца, теперь раскинулись обширные поля открытой воды, ерики превратились в полноценные реки, и все эти водоёмы сверкали многочисленными лунными дорожками. Колорита пейзажу добавляли огни редких пойменных посёлков, а по сторонам горизонта полыхали светом Волгоград и Волжский. Всё вместе смотрелось это очень впечатляюще, но настоящие красоты ждали впереди.

Посреди поймы, где-то как раз между городами, километрах в двадцати от аэродрома, в небе повисла зона облачности. Причём не растянутые ветром останки былого великолепия, как это обычно бывает ночью, а весьма даже кучевые облака, со всем их рельефным многообразием. К тому моменту, когда я до них добрался, высоты у меня было метров восемьсот, поскольку всю дорогу шёл с лёгким набором. Луна скрылась от меня за облаками, но свет её никуда не делся. Этот свет падал чётко видимыми, почти осязаемыми, потоками серебристых лучей сквозь разрывы в облачности, отражаясь бесчисленными бликами от лежащих далеко внизу водных просторов. Выглядела эта картина просто ошеломляюще! Не смогу в полной мере описать её великолепие; чтобы понять моё восхищение, это нужно увидеть своими глазами. Но даже это не было «главным блюдом» вечера!
Облака над моей головой довольно шустро двигались мне навстречу. Обычно это служит одним из признаков того, что лететь до них осталось не далеко (достоверно оценить дистанцию до облаков вообще зачастую непросто). Поэтому я и решил, что, раз уж я здесь, то почему бы не подняться над ними? Прибавил оборотов и затянул триммера, поскольку так и скороподъёмность немного выше, и крыло устойчивее, и, главное, теплее. А температура окружающего воздуха, несмотря на почти что зимнюю форму одежды, уже начала доставлять определённый дискомфорт. Кроме того, набрав ещё пару-другую сотен метров, я понял, что направление ветра снова радикально изменилось, и именно этим ветром мне навстречу несло облака, до которых, оказывается, ещё пилить и пилить. Ладно, теперь уж придётся пилить! Непосредственно под облаками начало заметно потряхивать, что в ночной тьме ощущалось довольно неприятно. Так что я нашёл обширный незанятый облачностью «колодец» и продолжил набор высоты в нём, по спирали. Нижняя кромка, как оказалось, пролегала аж на 1600 метров, так что к моменту непосредственного контакта с облачностью промёрзнуть я успел порядком. Но тут в мой колодец заглянула луна, и великолепие открывшегося мне зрелища заставило забыть о холоде. Да и обо всём остальном тоже.

Облака не лежали ровным слоем, они громоздились вокруг таким сложным и разнообразным рельефом, что были способны посрамить даже самые живописные чегемские ущелья. Такое, конечно, бывает и днём, но при солнечном свете облака, стоящие на одной линии относительно взгляда смотрящего, обычно сливаются в единый белый фон. Теперь же, в призрачном лунном свете, каждый изгиб этого фантастического ландшафта был различим с какой-то сюрреалистической чёткостью. Простиравшиеся выше стены колодца, только что бывшего единым монолитом, внезапно, в один миг, распались на многочисленные утёсы, долины, каньоны и коридоры, ведущие в разных направлениях. Я словно бы оказался в центре лабиринта со множеством ответвлений. И я, преодолев двухкилометровую отметку, углубился в этот лабиринт с наслаждением истинного первооткрывателя. Ведь подумать только: никто до меня не ходил именно этими эфемерными тропами, и никто не пройдёт после! Говорят, что в одну реку нельзя войти дважды, так что же тогда сказать об облачном лабиринте, который, скорее всего, и вовсе прекратит своё существование после рассвета? Как можно позволить подобной красоте исчезнуть, не сохранив её в своей памяти? Теперь мне бы очень хотелось передать эти воспоминания и читающему этот рассказ, но я просто не в состоянии найти подходящие слова и сравнения. Роджер Желязны в своём цикле об Амбере описывает призрачный город Tir-na Nog'th, появляющийся в небесах только в лучах луны. Наверно, вот так он и мог бы выглядеть. Совершенно неземной ландшафт, сотканный целиком из тумана, теней и потоков света. Луна превратила отдельные облака в сияющие башни, в тени которых прятались казавшиеся чёрными мрачные глыбы. Когда я направил на одну из «глыб» сфокусированный луч фонаря, вся эта тёмная масса вдруг целиком вспыхнула в ночи сгустком молочного света, затмившим саму луну. Навсегда в моей памяти останется картина: моё крыло режет ночной воздух меж двух гигантских сияющих утёсов, сходящихся ущельем у меня над головой, впереди ярко сияет диск ночного светила, очерчивая границы ущелья каскадами серебристого света и резкими контурами теней, а внизу, под ногами, раскинулась непроглядно-чёрная бездна…

Однако за всё хорошее рано или поздно приходится чем-то платить. Наступил момент, когда я даже сквозь завесу восторга понял, что пальцев правой руки не чувствую совсем. Мне стало интересно, как высоко меня занесло и главное – как долго я тут уже нахожусь? Осветив фонариком экран вариометра, я увидел там высоту в 2130 метров над стартом, время в полёте 45 минут и «забортную» температуру в -2,5 градуса. Последняя цифра (особенно учитывая, что мой Браунигер склонен несколько завышать температуру) заставила меня осознать, что здесь, в этом свежеоткрытом облачном лабиринте, мне угрожает опасность. Я вдруг как-то остро осознал все те полосы небесного тумана, которые недавно пересекал, и отчётливо представил, как вот прямо сейчас капельки этого тумана превращаются в лёд на коже моего крыла, оно тяжелеет, перестаёт лететь вперёд, и я неуправляемо валюсь туда, вниз, в темноту. В темноту, которая коварно скрывает хищно растопырившие свои руки-ветви деревья, ставшие нынче глубокими водоёмы, сыплющие искрами высоковольтные провода, ощетинившиеся антеннами крыши домов и прочие ужасы. Поэтому я решил, что красот на сегодня достаточно, сбросил тягу и спустился под облака. Где сразу же попал в зону турбулентности. Тут мне и стало действительно жутковато: ставшие вдруг недружелюбными облака прямо над головой, неслабая болтанка, лёд на крыле (пусть и воображаемый), два километра тьмы под ногами и двадцать километров до дома. Каждый раз, когда меня особенно злобно встряхивало, я с опаской направлял луч фонарика на экран вариометра, ожидая увидеть там скороподъемность, плавно переваливающую за -5, а в шуме мотора вдруг послышались признаки сразу всех возможных предвестников отказа.

Но полоса неспокойного воздуха быстро закончилась, и только тогда я понял насколько же, на самом деле, замёрз. Впрочем, пролязгав зубами ещё километр вниз, я вполне согрелся, распустил триммера и лёг на курс возврата. Ориентирование в ночном небе затруднений не вызвало (я находился к югу от Заплавного), путь домой прошёл без особых приключений, и вскоре после часа ночи я уже совершил мягкую посадку в лучи фар своего автомобиля. Вот так: казалось бы, какой-то час (с небольшим) в полёте, а сколько впечатлений! Не меньше, чем от прошлогоднего дельфина:)

Возношу хвалу человеческому гению, создавшему летательные аппараты вообще и парапланы в частности, благодаря которому мне довелось своими глазами увидеть всё это!
by Dornil (c)
Аватара пользователя
officer
Администратор
Сообщения: 11
Зарегистрирован: 13 янв 2021, 15:53

Как я провёл лето (Краснодарский край и Приморье)

Сообщение officer »

Как я провёл лето (Краснодарский край и Приморье)

Хоть поначалу мне этого и не очень-то хотелось, но, тем не менее, решил я съездить в отпуск. А именно - в Краснодар. Для начала. Почему именно туда? А почему бы и нет?
В Краснодаре я посетил неплохой зоопарк, некрупный, но очень интересный океанариум и аэротрубу.

Тренажёр для отработки навыков маневрирования в свободном падении парашютистами, стало быть. Используется также и в коммерчески-развлекательных целях. Внутри этой самой трубы я коммерчески развлекался в общей сложности около шести минут. Не скажу, что это произвело на меня большое впечатление. Зато теперь я знаю, что чувствует муха, пойманная в бутылку из-под лимонада. Субъективное мнение - тренажёр он и есть тренажёр, а нецелевое применение, соответсвенно - нецелевое. Естетсвенно, что после таких "полётов" мне очень захотелось полетать по-настоящему. И я был к этому готов, ведь верный парамотор давно ждал своего часа в багажнике.

Исключительно ранним утром следующего дня я выдвинулся на поиски взлётно-посадочной площадки. Казалось бы, что может быть проще? Вокруг - "всесоюзная житница", сельскохозяйственный регион, где куда ни плюнь - бескрайние поля. А вот не так всё просто! Во-первых Краснодар просто опутан многочисленными воздушными трассами и утыкан запретными зонами. В непосредственной близости расположены множественные аэродромы, на одном из которых базируется (судя по гуглу) несколько десятков истребителей. К северу вообще расположен военный полигон. Поэтому я выехал затемно и направился на юг. Удалившись на безопасное расстояние, приступил к поиску подходящего поля. Но и тут возникли затруднения! Полей-то там хватает, но все они засажены либо чем-то высоким, либо чем-то мокрым (рисом то есть). В конце-концов случившиеся рядом ранние рыбаки направили меня в сторону какого-то населённого пункта, где недавно скосили пшеницу. На этом свежескошенном поле мне довелось прочувствовать интересное погодное явление, когда у земли слабый ветерок дует с запада, а вот чуть выше (ровно на длину строп) - с востока. Взлёт по ветру с мокрым крылом - это довольно сомнительное удовольствие. Тем не менее, в воздух подняться в итоге удалось.
Косые лучи восходящего солнца, околоштилевая погода, зелёные поля внизу, на востоке блестит огромное водное пространство - Краснодарское водохранилище...

Пейзаж очень красивый, но какой-то... искусственный что ли? Яркие краски, прямые линии, практически полное отутствие девственной природы. Впрочем, неплохое разнообразие по сравнению с нашими выжженными степями. Тем более, что ближе к водохранилищу начали попадаться густые перелески, многочисленные водоёмы и камышовые (???) поля, заселённые огромным количеством птицы. Особенно выделялись огромные аисты, которых в этом году немало и в наших краях. Заметил, что если расположить аппарат между солнцем и зарослями камыша, то тень пилота окутывается пронзительным белым сиянием.

Фотография и вполовину не передаёт своеобразия этого зрелища. Достаточно поэтического названия явленияю пока не придумал, ибо "Нимб авиатора ver. 2.0" как-то не звучит. Красотами также порадовали и поля подсолнечника:

Ну а в целом полёт прошёл не особенно примечательно, и чуть позднее я покинул Краснодарский край, направившись к морю, навстречу новым приключениям.
Отстояв все положенные пробки на перевале и продравшись через переполненную отдыхающими Джубгу, мой автомобиль наконец вырвался на побережье и устремился на восток - к местечку под названием Агой. Почему именно туда? Да потому, что там находится аэродром!

Конечно же, раз уж я еду к морю, то полетать над ним я просто обязан. Однако ещё дома, изучая предполагаемый район полётов, я отметил, что найти на побережье площадку для взлёта - задача нетривиальная: всё, что не заросло густыми лесами, давно застроено разнообразными курортными сооружениями. А тут, внезапно, аэродром неподалёку, причём основанный ещё в Великую Отечественную и имеющий интересную историю. Мне и раньше про него рассказывали, в связи с тем, что сейчас там, якобы, базируются дельталёты. Поиск информации во всемирной паутине и короткий разговор с единственным причастным человеком, чей телефон мне удалось разузнать, отчасти эти сведения подтвердили: да, это - бывший военный аэродром, военными давно заброшенный, несколько лет назад являвшийся известным местом среди парашютистов-досаафовцев, но теперь там и их не осталось. Ну я, естественно, представил себе что-то вроде нашей Бекетовки и подумал: "Отлично! Целая бетонная полоса. А с дельталётчиками попробую как-нибудь договориться насчёт полётов в их вотчине". Вот и решил остановиться на отдых непосредственно в самом Агое. Большая ошибка!

По прибытии аэродром встретил меня бетонным забором (за который, впрочем, кое-где можно было без труда заглянуть, даже не вставая на цыпочки) и щедро увитым колючей проволокой КПП с населявшими его бойцами в камуфляже. Присутствующий там же, на КПП, некий офицер сообщил мне, что "с гражданскими они не работают", и что полетать у меня там не получится. В глубоких раздумьях я направился вдоль забора по направлению к пляжу. На этом пляже я обнаружил возглавляемую майором группу военных, тренировавшихся в применении надувных спастельных плотиков. Майор, выслушав мою просьбу и объяснения на тему того, что из себя представляет парамотор, сказал, что "на таком и сам бы с удовольствием полетал", а также подтвердил всё то, что я слышал на КПП: разрешение на мои полёты может дать только командир базы, а он его не даст, поскольку на этом аэродороме даже бортам санитарной авиации больше не позволяют садиться.

Несолоно хлебавши пришлось отправляться на поиски альтернативной ВПП. А с таковыми в округе, как я уже говорил, было тяжко. Из чистого отчаяния я даже немного потоптался по руслу обмелевшей горной речки, в итоге забраковав этот вариант: мало того, что находится в "яме", так ещё и разбегаться пришлось бы по каменюкам. Рядом, на берегу, возле какого-то санатория, я нашёл ещё одну площадку, тесную и покрытую всё теми же каменюками, но хотя бы укатанную. Принадлежала площадка этому самому санаторию, с руководством которого я разминулся буквально на пять минут. Но дожидаться возвращения руководства я не стал - вряд ли их (и их постояльцев) обрадовал бы рёв бешеной газонокосилки под окнами в пять утра. В расстроенных чувствах я отправился заселяться на турбазу в соседний Небуг. Почему именно туда? Да потому что всё равно уже было! Тут самое время упомянуть, что в моих странствиях меня самоотверженно сопровождала новоявленная пилотесса Анна, отдыхавшая на этой турбазе годом ранее. Ей там тогда очень понравилось, и я решил: почему бы и нет? У турбазы, как я впоследствии выяснил, и впрямь было немало достоинств: сравнительно тихое и уединённое место, малолюдный галечный пляж, чистая вода, простые, но довольно уютные комнаты с балконами, на которые по ночам приходили еноты... Но в тот момент меня занимал только один её существенный недостаток - взлетать там негде! Тоскливо любуясь видом с балкона, я вышел на связь с ведущим специалистом отдела спутниковой разведки МВД РФ - Святославом. Тот, бросив взгляд с орбиты, сообщил мне, что, похоже, какие-то поля имеются в долине реки Нечепсухо, близ Новомихайловского. Туда-то я незамедлительно и отправился.
А возвращаться назад по трассе пришлось аж почти на тридцать километров. По дороге, глядя в окно, размышлял, что летать в таких местах, хоть и интересно, но довольно небезопасно. Вокруг ведь лесистые холмы; места, подходящие для вынужденной посадки отсутствуют напрочь, и, в случае отказа двигателя, наслаждаться мне видом из кроны раскидистого дерева, принудительно заниматься скалолазанием, весело искриться в проводах многочисленных высоковольтных ЛЭП или же плескаться в лазурных волнах. Ну, последнее-то как раз нормально, ведь за этим сюда обычно и ездят, не так ли? Плюс ещё не совсем понятно, как именно движутся воздушные массы среди всех этих холмов… Предаваясь вот таким вот мыслям, я, повинуясь указаниям навигатора, свернул с трассы и залязгал деталями подвески по деревенскому просёлку. Но вот посёлок кончился, и вскоре показалось искомое поле. То есть не совсем поле, а просто участок, заросший, для разнообразия, травой. Участок оказался довольно большим, но радоваться было рановато: половина его скрывалась за забором некоего заведения, причём за забором, увенчанным колючей проволокой. Какая-то излишне богатая на эту проволоку поездка вышла! В тот момент к воротам заведения как раз причалил автобус, гружёный, судя по надписям, несовершеннолетними постояльцами лагеря «Орлёнок», которые нестройной колонной начали втягиваться в одно из зданий, напоминавшее увеличенную в размерах трансформаторную будку. Впоследствии выяснилось, что загадочное «заведение» являлось вовсе не детским концлагерем, а всего лишь одним из комплексов водоканала. Впрочем, вернёмся к нашему полю. Вторая его половина не отгораживалась от посетителей заборами, вместо этого она щеголяла весьма волнистым рельефом и зарослями травы чуть ли не по пояс, поэтому для взлёта подходила слабо. Но, к моей радости, в восточном углу приютилась небольшая полянка, служившая, судя по вальяжно прогуливавшимся коровам, пастбищем. Почти идеально! Площадка, правда, была довольно тесной, огороженной с одной стороны деревьями, с другой – берегом мелкой речки, а с третьей – искусственно наваленными грудами уже хорошо знакомых каменюк; зато трава была тщательно выстрижена вышеупомянутыми коровами. Что ж, кажется, я нашёл своё Эльдорадо.

Но пользоваться им по назначению было рановато – осложняющих факторов и так хватало, поэтому термичку из уравнения лучше было бы исключить. Поэтому было решено выждать пару часов, скоротав их поездкой через сады в сторону неких близлежащих водопадов.

Возвратившись на полянку около пяти часов вечера, немедленно начал подготовку к взвылету (шикарный неологизм, подаренный мне скверно говорящей по-русски стюардессой авиакомпании Emirates). Ветер дул с моря. То есть, позднее выяснилось, что дул он очень даже с суши, но прихоти местной аэрологии и топологии хитрым образом перенаправляли воздушный поток вдоль долины, служащей приютом как посёлку Новомихайловский, так и моему новому аэродрому. Под пристальным взглядом оказавшегося рядом местного жителя я криво укрепил на камнях оборудованное ветроуказателем удилище (для этого пришлось навалить немалый менгир) и собрал установку. Когда же я достал из мешка крыло, местный житель вопросил: «Это что, змейка?». «Разбирается!» – подумал я – «про Dudek Snake знает!» С сожалением сообщив, что на рефлексах пока что не летаю, я впрягся в установку и пошёл на взлёт. Взлёт это получился довольно своеобразным, поскольку в долине заметно роторило от холма, и крыло незадолго до отрыва начало сильно извиваться и раскачиваться, что стоило мне удара лопастью по какому-то кусту чертополоха. Во избежание дальнейших сюрпризов, высоту набирал в пределах долины, пока не выбрался над близлежащими вершинами. Вид, безусловно, великолепен! Зелёные холмы до горизонта с трёх сторон.

С четвёртой – море.
Набрав высоты с запасом, я направился на юго-восток, по направлению к Небугу. Дело в том, что помимо получения удовольствия, на этот полёт я поставил перед собой ещё одну задачу – поиск площадки где-нибудь поближе к турбазе. Поэтому сначала путь пролегал на большой высоте над холмами. Термичка, видать, ещё жила, поскольку немного потряхивало. С попутным ветром продвигался довольно быстро, и в районе Ольгинки заметил подходящее поле.
Тоже далековато, но всё-таки километров на десять поближе. Отметив перспективное место в памяти, я повернул на юг и, пройдя высоко над перенаселённым пляжем Ольгинки, вышел к морю.

Ах, море! Тут я, вероятно, должен был бы почувствовать некое воодушевление, но нет – для меня море всё ещё оставалось просто большой массой солёной воды. Но пейзаж, бесспорно, красив. В пяти сотнях метров над морем всякая турбулентность пропала без следа, поэтому я лёг на курс, устроился поудобнее в подвеске и наслаждался видами. Из площадок по дороге попадались только футбольные поля различных баз отдыха. Можно было бы, конечно, попробовать, но мне как-то проще проехаться по трассе, чем договариваться с администраторами, которых ещё и найти нужно. Вот так, прокрутив под ногами километров двадцать, я добрался до примерного расположения нашей турбазы. Примерного, потому что со стороны моря её строения, скрытые густой растительностью, рассмотреть практически невозможно. После чего повернул обратно. Предстояло ведь лететь против ветра, причём маршрут возврата планировался длиннее, поскольку возвращаться я хотел вдоль берега на малой высоте. И на малой высоте было уже поинтереснее. Сначала шёл над трассой, потом спрятался от встречного ветра под обрывистым берегом. Этот ветер там дул всё-таки с суши, поэтому под обрывом потряхивало. Однако на границе воды и суши также присутствовал слабый восходящий поток, позволивший сэкономить немного горючего. Берег был густо утыкан разнообразными деревьями (преимущественно сосёнками), порой попадались интересные участки, где слоистая скала уходила прямо в воду и продолжалась там, насколько хватало видимости.

С пляжей порой снимались вспугнутые пролетающим аппаратом мириады чаек, а мне при этом вспоминался Паравовка и его гриф в стропах.
Периодически попадались песчаные пляжи и сопутствующие им лежбища отдыхающих.

Одни бурно радовались моему пролёту, другие игнорировали, а некий неприятного вида ребёнок попытался сбить меня камнем. Не добросил, конечно же. Особенно оживлённо было в самых крупных бухтах – в Ольгинке и в Новомихайловском. Огромное количество народу на берегу и в воде, в море – лодки, прогулочные катера, водные велосипеды и мотоциклы. Один из гидроциклов как раз крутил на волнах крутые виражи, как они умеют. Над этим я снизился и продемонстрировал, что умею не хуже. Дальше в море мне встретился катер, занимавшийся затяжкой парасейла, также известного в народе как «Дракон».

Я, конечно, сразу же прижался к берегу, дабы не мешать. Но катер, осуществив отрыв купола в сторону открытого моря, казалось, умышленно вышел со мной на параллельный курс. Что, впрочем, позволило мне примерно замерить технические характеристики системы: скорость порядка 35-37 км/ч, скороподъёмность – 1,5 м/с.
Ну а потом я обогнул мыс, продвинулся ещё немного на северо-запад (где-то до Пляхо), набрал высоту и, полюбовавшись напоследок закатом, возвратился на свою полянку.

По приземлении навстречу мне вырулили аж две машины с местными жителями и приезжими, остро интересовавшимися лётно-техническими характеристиками моего аппарата. А точнее, максимально-допустимым количеством пассажиров. Разочаровавшись в столь малой грузоподъёмности, зеваки вскоре удалились, предварительно ощупав крыло многочисленными руками детей и внуков. Судя по реакции местных, парамотористов в тех краях раньше не видели вовсе, что немудрено при таком-то рельефе.

Ну а мы бездарно убили остаток вечера на поиски подъездных путей к тому самому полю в Ольгинке. Во многом благодаря сгустившейся темноте, найти нужную дорогу не удалось. Впрочем, как стало ясно позднее, невелика потеря.
Следующим утром, конечно, стоило бы выспаться. После дороги, приключений прошлого вечера и прочих утомительных занятий. Но нет! Прогноз обещал отличную погоду, а значит нужно пользоваться возможностью. То есть вставать затемно и в четыре утра выезжать с турбазы по направлению к взлётно-посадочной площадке. Что ж, зато с утра дорога была практически свободна, и добрался до места я довольно быстро. На месте, быстро подготовив аппарат к полёту и одевшись не по-летнему (даже на земле было довольно прохладно), я ощутил некое не очень приятное волнение по причине того, что на этот раз ветер в долине дул со стороны суши. Дул он слабее, чем прошлым вечером, так что роторов на взлёте можно было особо не опасаться. Однако взлетать пришлось бы в другую сторону, на северо-восток, как раз туда, где тесная площадка заканчивается небольшой рощей, прямо за которой протекает горная речка. Прикинув дистанцию до деревьев и высоту их верхушек, я понял, что крыло-то рощу перелететь вполне успеет. А вот я сам – нет. Так что единственный шанс – попасть точно в просвет между двумя особо высокими деревьями. Вроде бы ничего сложного, но ведь я-то там был один! Так что, ошибка пилотирования или отказ двигателя (пусть даже не полный), и привет! Висеть в роще или плавать в речке. Вот такие вот невесёлые мысли.

Но опасения, к счастью, не оправдались, и мой верный парамотор, протиснувшись между верхушек, бодро пошёл в набор высоты навстречу восходящему солнцу. Над морем я уже налетался, так что в этот раз направился прочь от него, вглубь живописной зелёной долины, на север. Всегда хотел полетать промеж гор. Там, конечно, был далеко не Чегем в этом отношении, но занятных местечек хватало. От холмов и впрямь немного роторило, и поначалу я даже опасался подходить к ним близко. Кое-где к склонам холмов ещё жался утренний туман, воздух был прохладен и очень чист. Есть всё-таки своя прелесть в полётах на рассвете!

Вот таким неспешным порядком, над вершинами холмов, я продвинулся по долине километров на двадцать пять. Миновал многочисленные персиковые и яблоневые сады, которые мы проезжали прошлым вечером, осмотрел гору, с которой, по идее, должен стекать тот самый водопад «Белая скала». Собственно белую скалу, расположенную у вершины, я рассмотрел детально, а вот водопада, вероятно скрытого растительностью, так и не обнаружил. Затем миновал какой-то посёлок и, расслабившись окончательно, спустился совсем низко, вплотную к лесистым склонам и ниже – к руслу реки. Опасно, конечно, но на тот момент уже занесло немного.

Долина, тем временем, кончилась, уперевшись в местную господствующую возвышенность – хребет высотой, как позже выяснилось, около девятисот метров над стартом. И решил я, прежде чем поворачивать назад, за этот самый хребет заглянуть. Удалившись на безопасное, как мне показалось, расстояние, начал набор высоты. И продолжал его ровно до уровня перегиба хребта. А вот там меня нахлобучило. Чёрт возьми, я, конечно, знал, что там будет ротор, но не на удалении же в полтора километра! Теперь-то я догадываюсь, что был это, скорее всего, срез ветра, сформированный, впрочем, не без участия рельефа. Но тогда я был совершенно убеждён, что это роторная зона этого самого хребта. Не то, чтобы турбулентность была очень сильной, бывало и похуже. Но, когда меня начинает швырять туда-сюда на высоте в тысячу метров, а парашют в подвеске отсутствует, благодаря некоторой акрофобии, я чувствую себя несколько неуверенно. Поэтому, убедившись, что это именно устойчивая и протяжённая зона, а не случайный ранний термик, я миновал её дальнейшим набором высоты, бросил взгляд за хребет и отвернул, решив к нему не приближаться. Ветер, который в долине практически отсутствовал, на большой высоте усиливался настолько, что против него я стоял неподвижно. А обратно, следовательно, летел довольно быстро. Сбросив газ до холостых оборотов, с устойчивым снижением направился назад к площадке по-над скалами противоположной стороны долины. Но там я оставался недолго, ибо очень уж меня манило русло реки, заключённое в зелёный коридор деревьев. Впечатления от полёта в таком коридоре, надо сказать, куда ярче, чем от ериков в Волго-ахтубинской пойме!

Возвратившись таким образом, на предельно-малой, в начало долины, я набрал немного высоты и направился было к площадке. Однако, глянув в бак, понял, что горючего у меня ещё минут на сорок полёта, как минимум. Подумал: «А чего это я над морем летал, а ног в его волнах так до сих пор и не помочил?», и повернул к морю, в направлении на Пляхо. Миновав санаторий в устье реки Секуа (кто придумывает эти названия?), я снова оказался над морем. Прибрежная полоса в этот ранний час выглядела великолепно! Солнце стояло уже довольно высоко, волнение практически отсутствовало, и дно сквозь лазурную воду отчётливо просматривалось на довольно впечатляющую глубину. Там-то я и приступил к исполнению задуманного, снизившись прямо к водной поверхности. Поскольку, как уже говорилось, ветер дул с суши, под берегом обнаружилась ощутимая турбулентная зона, так что о красивом скольжении нечего было и мечтать. Выбрав примерно ту глубину, где немногие ранние купальщики стояли по плечи, я спустился совсем низко, пару раз плюхнул ботинком по воде, окатив всего себя солёными брызгами, и с набором ушёл в правый разворот, в сторону открытого моря.

И тут, сквозь прозрачную воду, я увидел его! Белобочка, самец, судя по длине, превышавшей два метра, взвихрил облако песка резким движением мощного хвоста, заложил крутой вираж, продемонстрировав мне чётко различимый узор на боку, и, видимо испугавшись, ушёл глубже. Я, признаться, опешил. В зобу, как говорится, дыханье спёрло. Дельфины меня всегда завораживали, и в мечтах я не раз наблюдал их с воздуха (у меня практически все мечты, так или иначе, связаны с полётами) в естественной среде обитания. Но я и подумать не мог, что такое случится на самом деле! Ну вот какова была вероятность, что он мне там встретится? Белобочка к тому же. То есть дельфин обыкновенный, Delphinus delphis, которые обычно к берегу вообще не подходят! Вираж я заложил такой, что чуть ухом воду не задел. Горкой выскочив вверх, с колотящимся сердцем лихорадочно оглядел поверхность моря. Вот он! Всё ещё на небольшой глубине, представитель морского народа неторопливо уходил в открытое море. Выхватив фотоаппарат, я бросился в погоню. Испуг у дельфина, похоже, прошёл, поскольку он держался у самой поверхности, а когда я, выполнив первый заход, снова начал разворачиваться, выпрыгнул из воды. В тот момент я его не увидел, поскольку находился он как раз в мёртвой зоне. Но расходящиеся круги на воде чётко указали мне на его действия. Вероятно, животному тоже было интересно, что это за странная штука над ним летает, и после очередного пролёта он выпрыгнул из воды ещё раз. Я как раз находился прямо над ним в вираже, и когда стремительное серо-белое тело полностью выметнулось из воды, мне удалось разглядеть его во всех подробностях с дистанции, чуть превышающей длину моих строп. После чего дельфин так же неторопливо удалился в открытое море. Я снял пару кадров, но, к сожалению, на предельно-малой высоте поверхность слишком ярко сияла в лучах солнца, а просто-малой электронному глазу фотоаппарата сквозь воду видно было плохо.

А затем пришло время возвращаться на точку. На точке, по приземлении, меня встретил вчерашний знаток продукции фирмы Dudek и некая пожилая дама, немедленно уличившая во мне белорусского(!) шпиона. Агрументировала она своё обвинение тем, что, оказывается "у Лукашенко на таких аппаратах границу патрулируют". Я чего-то не знаю? Теряю заработок? Вот так, по аккомпанемент политических рассуждений я собрал снаряжение и уехал. Получилось так, что этот вылет заодно стал и достойным прощанием с моим любимым Спидмаксом, ведь больше полётов в Приморье не было: ветра усилились, да и взятое с собой масло у меня кончилось, а искать подходящее по местным магазинам желания не было. Так что оставшиеся четыре дня я провёл любуясь жителями Чёрного моря сквозь стекло маски для подводного плавания.
Правда, с отъездом из Небуга приключения ещё не совсем закончились. На обратном пути меня занесло на берег залива Азовского моря близ города Азов. На Азовском море мне бывать уже доводилось, в ходе той памятной поездки в Кучугуры года четыре тому назад. Море там могло похвастать довольно чистой водой и мириадами фосфоресцирующих рачков, заставлявших линию ночного прибоя красиво вспыхивать зелёными огоньками. Поэтому здесь, под Азовом, я ожидал увидеть что-то более... Что-то более! Что-то помимо тёплой, грязной мелкой и зелёной лужи до горизонта! А упоминаю я о нём тут потому, что по прибытии, я наблюдал в районе Павло-Очаковской косы двух парамотористов, летавших над турбазами в наступающих сумерках. Присоединяться я к ним не стал, так как сильно устал с дороги. Но утром планировал излетать оставшуюся пару литров топлива ещё и над этим морем. Но утром погода вставила своё веское слово, включив мощный ветер.

Ну а мне пришла пора возвращаться домой. Впрочем, на обратном пути, в Ростове, меня ждало ещё одно свидание с дельфинами. В этот раз, правда, уже в куда более прозаической обстановке.

Но это уже - совсем другая история...

By Dornil (c)
Аватара пользователя
officer
Администратор
Сообщения: 11
Зарегистрирован: 13 янв 2021, 15:53

Re: Рассказы о моторных полетах

Сообщение officer »

Приключения на Крещение (Интересная погода в январе)
Для начала пара слов о прошлом, субботнем, вылете. Слетали мы со Славой небольшой (30 км) маршрут из Бекетовки.

Примечательного в этом полёте было только то, что у меня, наконец, дошли руки осуществить давнюю задумку, а именно – пару раз пролететь вот под этим мостом.

С мостами основная сложность в том, что со стороны (и сверху) чрезвычайно трудно оценить их реальную высоту. Сравнить-то не с чем, ведь ездящие поверху машинки как-то не показательны. Но в этом конкретном случае меня обнадёжил висящий там для кораблей знак с цифрами 15,5. Субъективно пятнадцати метров там всё же не было, максимум десять-двенадцать. Плюс канал был закован в прочный на вид лёд, до поверхности которого оценивать расстояние гораздо проще, чем до жидкой воды. Острых ощущений, правда, добавляла ЛЭП, натянутая поперёк канала дальше по течению, но до неё с лихвой хватало пространства, чтобы набрать высоты и развернуться. Короче, каких-то особых эмоций, как Калачёвский мост пару лет назад, данное упражнение не вызвало. Старею?

Ну а теперь плавно перейдём ко вчерашнему. На прогнозное окно я облизывался ещё с той самой субботы, не рассчитывая, впрочем, что оно удержится. Однако ж удержалось! С самого утра стоял штиль, температура была чуть выше нуля. Не сумев уговорить никого из пилотов на совместное перемешивание грязи, в обед я сбежал с работы и в одиночестве выдвинулся на поле.

Прибыл я туда почему-то уже в том странном состоянии, когда кажется, что даже дышать лень. Поэтому, наверно, за сборкой и заправкой установки я как-то поленился поставить колдун. На и нужды в нём, казалось бы, не было: стоял практически полный штиль, клубы сигаретного пара о-очень вяло сдувались куда-то на север. Поэтому я и начал разбег в южном направлении. С первых шагов почувствовал, что крыло выходит как-то очень уж вяло, но списал это на штиль. А зря: пробежав дистанцию, вдвое превышающую нормальную взлётную, понял, что пытаюсь взлететь по ветру. В других обстоятельствах может ещё бы и оторвался, благо прецеденты были. Но вчера поле было покрыто очень слякотным размокшим снегом, по которому в один прекрасный момент левый ботинок поехал совсем не туда, куда я его направлял. Вовремя выставленное колено немного помогло, но ситуации не исправило – установка впечаталась в землю левой стороной ограждения, мотор сказал что-то вроде «Бздынь! Тр-р-р-р-р…», после чего я его заглушил. Потом как-то совершенно безэмоционально доставил оборудование обратно к машине и осмотрел повреждения.

Повреждён оказался, естественно, винт, с одной из законцовок которого стесало небольшой кусочек. Тут следует высказать похвалу в адрес одетого стеклотканью пропеллера за авторством некоего Филина – обычный деревянный в подобных обстоятельствах, скорее всего, разлетелся бы. Кроме того, левая-нижняя секция ограждения (на которую пришёлся удар) лишилась ровно 50% своей лески. То есть те лески, которые были натянуты вертикально, остались на месте, а вот обрывки горизонтальных теперь либо беспорядочно свисали с ограды, либо валялись на земле вокруг места крушения. Какая неведомая сила могла такое сотворить, мне понять не удалось, так как на лопастях никаких следов соударения с леской не было. И собрался я возвращаться домой, не солоно хлебавши, ведь запасного винта с собой, естественно, не было.
Но тут меня внезапно накрыло! «Это что же получается, товарищи?! Я, значит, дождался отличной погоды (а штиля-то уже давненько не видал!), ушёл с работы, замесил грязюки… А теперь из-за собственной руко(ного-)жопости останусь без полётов?! Да не бывать такому! Такие ситуации просто не имеют права на существование!! Пусть эта железяка совсем развалится нахрен он вибраций, но в воздух она меня сегодня поднимет!!!» К сожалению, рядом не было никого, кто бы указал мне на тот факт, что испытываемые мной эмоции не вполне конструктивны. И это ещё одна, помимо очевидных, из опасностей одиночного выезда на полёты. Короче, вот в таком вот состоянии, я выдрал из секции ограды ошмётки лески, зачем-то отцепил акселератор и запихнул в отказавшийся заводиться мотор первую попавшуюся свечку. Последнее мне потом аукнулось. Тут как раз внезапно локально расчистилось небо, бывшее до этого непроглядно-пасмурным, в образовавшуюся дыру заглянуло солнце, а с северо-востока задул слабый ветерок. Против него-то я и взлетел, на этот раз успешно.

Какого-то повышения уровня вибрации, ни во время прогазовки на земле, ни в полёте, органолептически я на отмечал. Скороподъёмность стабильно удерживалась на обычном уровне в 2,1-2,2 м/с (это после ремонта так), однако потенциальная аварийность установки удержала меня от всяких излишне интересных развлечений, вроде полётов над городом или скольжения по тонкому льду Ахтубы. Вместо этого, я просто развернулся на запад и пошёл в набор высоты. Набрав, таким образом, метров четыреста и внезапно увидев внизу редкие облачка, неожиданно для себя выяснил две вещи.

Первое: оказывается, над землёй висит дымка, разбавленная этими самыми облачками! Причём снизу она не видна совершенно, а тут – вот, пожалуйста! Слой инверсии? Тогда откуда над ним ещё один высотный слой облаков?

Второе: западный ветер, чёрт возьми! Сильный! Я как был над Ахтубой, так над ней и остался. Ладно, поставил триммера в нейтраль и продвинулся немного вперёд. После чего набрал ещё высоты и снова упёрся. Распустил триммера полностью. В-общем, вчерашний рисунок ветров неплохо иллюстрирует вот эта фотография:

На отпущенных триммерах чуть углубился в пойму. И тут, внезапно, облака второго, якобы высотного, слоя замелькали прямо у меня над крылом. Вот как! Значит они всего-то на семиста метрах! Вернулся обратно к Ахтубе, дабы не лезть сквозь облака напрямую, и снова придавил газ. В итоге, сотню метров спустя, я оказался над облаками. И увидел там интереснейшую картину! Разрыв в облачности имел форму, близкую к круглой, и диаметр порядка шести-восьми километров (на глазок). Далее на семиста-восьмиста метрах следовала облачная «полка», а дальше дыру окружала «стенка», возвышавшаяся над «полкой» метров на двести. Неужто я взлетел в самый центр циклона? Или антициклона?
Было очень красиво и интересно. И главное – совершенно не холодно! Ведь температура на дворе стояла плюсовая, а я в этот день навертел на себя всё, что только можно было, включая два(!) зимних комбинезона, как под -15. Вот так, с комфортом любуясь видами, направился я к ближайшему участку стены (на запад), набирая высоту с таким расчётом, чтобы к моменту прибытия оказаться над её краем. По дороге любовался живописным куском радуги, который солнце проецировало уже на настоящий высотный слой перистых облаков.

Ну, то есть, «направился» - не совсем верное слово. Ведь с географической точки зрения, я снова висел над Ахтубой, невзирая на полностью отпущенные триммера. Вот такой вот штиль, ага. Зато облака, со всем их рельефом, довольно шустро проматывались под ногами. Добравшись до стены, я вышел над облаками на высоте где-то девятисот-пятидесяти метров и начал беззастенчиво наслаждаться, ныряя в ватные каньоны.

Впрочем, всё время таращиться в сторону солнца мне быстро надоело, поэтому я отвернул к югу и двинулся вдоль края стены, огибая разрыв по периметру. Я, конечно, отдавал себе отчёт, что меня при этом существенно сносит, но душу грела тёплая одежда и осознание того, что в бак я залил восемь литров. Но где-то тут и начала давать о себе та самая первая попавшаяся свечка – появились частые и ощутимые пропуски зажигания. Не вполне уверен, что вина лежит целиком на свече, поскольку эти самые пропуски как-то подозрительно локализовались вокруг пересечения туда и обратно километровой отметки. Какая-то прямо граница высотности образовалась, мать её так!
Тем временем, я прошёл где-то четверть длины окружности «дырки», а стенка большей частью самопроизвольно разгладилась. Так что «глаз циклона» теперь со стороны выглядел так:

По-хорошему, выйдя снова в чистое небо на аварийном аппарате, стоило бы снизиться и взять курс на точку, но состояние сознания всё ещё оставалось немного изменённым, и мне захотелось полетать над облаками подольше. Поэтому я опять развернулся на запад, рассудив, что если буду висеть так, то далеко всё равно не улечу. Правда один важный и вполне очевидный момент из внимания был упущен. Но тогда я о нём не подумал, вернулся к облачному рельефу и начал там пилотажить, по желанию включая и выключая кольцевую радугу вокруг заходящего солнца.

Так прошло какое-то время. А потом, сверившись со счётчиком Бравого Нигера, я обнаружил, что провёл в воздухе уже пятьдесят минут, и неплохо бы задуматься о возвращении. Поднявшись повыше и оглядевшись вокруг, я понял, что с возвращением могут возникнуть некоторые проблемы. Круглая дырка-то всё это время тоже на месте не стояла! И теперь в зоне видимости ни единого разрыва в облачности не наблюдалось. Пришло время задать себе вопрос: что я хочу делать дальше? Снижаться напрямик сквозь облачность и рисковать рухнуть вниз на обледенелом крыле или же пытаться догнать разрыв и рисковать рухнуть где-то в заснеженных степях без топлива? Здраво рассудив, что без топлива снижение будет хотя бы управляемым, я развернулся и ринулся в погоню за дыркой (как-то немного пошловато прозвучало, да?) с путевой скоростью под сотню километров в час.
Границу облачности я нагнал где-то минут через десять...

...и немедленно нырнул вниз. Несмотря на сумерки, видимость под облаками была отличной, на горизонте хорошо просматривалась труба ТЭЦ-2, дым которой прозрачно намекнул мне на то, что путь домой будет долгим, трудным, и отнюдь не обязательно увенчается успехом. Ведь оказался я аж над лиманом, и на восьмиста метрах против ветра по-прежнему не пробивался. Что остаётся делать в такой ситуации? Только спускаться до предельно-малой и упорно двигаться вперёд, борясь с ветром. Поэтому я приступил к снижению. А пока не вышел за пределы совсем уж непробиваемого ветра, решил продвинуться немного левее, к трассе поближе. Так, на всякий случай:)

Долго ли, коротко ли, спустился я до ста пятидесяти метров. И обнаружил, что теперь я лечу вперёд, и лечу довольно быстро. Подозрительно быстро. Глянул влево, и увидел, что низкие дымы в Заплавном показывают строго попутный ветер! Вот так вот! На трёхста двадцати (труба ТЭЦ) ещё встречный, на ста пятидесяти – уже попутный. Причём переход для пилота совершенно незаметный – никакого среза ветра, ни малейших признаков турбулентности. Я эту границу прошёл вообще без клевант в руках, и совершенно ничего не почувствовал. Чертовщина какая-то! Дальше – больше. Вернулась та самая локальная дымка. Только что было вот так:

И тут бамс!

Уже вот так. Это возле моста через Ахтубу снято. Сначала я шёл напрямик, но потом вдруг пришло в голову, что мне не хочется лететь над аэродромом Юный ястреб при такой видимости. А ну как летает кто (хотя ну вот кто там может летать в сумерках, зимой, в такую погоду?). Поэтому над Орлёнком я повернул влево, пересёк трассу и над полем снизился до предельно-малой. И тут же заметил, что опять еле тащусь! Ладно, подумал я, и нырнул к реке. Ниже уже некуда, а скорости как-то ощутимо не прибавилось. Но когда поднялся на сотню метров выше, снова полетел быстрее. Интересные условия, не правда ли? Причём чертовщина на этом не закончилась: примерно там уже у меня начали дико скакать показания аналоговой шкалы скороподъёмности на варике, от максимума к минимуму и обратно!

Но дальнейших неожиданностей, к счастью, не случилось. Вдоль реки, огибая Среднюю Ахтубу, я успешно добрался до поля, сделал над машиной пару виражей, определяя направление ветра, совершил мягкую посадку, собрался и уехал. А по дороге домой меня почему-то разобрал нервный смех. Собрался, называется, пожужжать часок над поймой в штилевую погоду! В итоге повреждён винт, покалечена сетка, из восьми залитых литров, в баке на момент посадки остался ровно один, в воздухе проведено полтора часа, пилот устал, как собака. Стоило ли оно того? Пожалуй, да. Всё-таки почти час над облаками, не замерзая!
Но в полётах всё-таки, наверно, сделаю небольшой перерыв.
by Dornil (c)
Аватара пользователя
officer
Администратор
Сообщения: 11
Зарегистрирован: 13 янв 2021, 15:53

Re: Рассказы о моторных полетах

Сообщение officer »

Лунный свет.
Ну и денёк вчера выдался!

Для начала нас попёрли с аэродрома, аргументировав это тем, что некая бешеная тётка, живущая на окраине Средней Ахтубы, настрочила кучу страшных жалоб в разнообразные инстанции на местных авиаторов, которые, регулярно мотаясь над крышей её дома на разнообразных аппаратах, постоянно вынуждают её прятаться в убежище! Да и Бекас с дельталётом там вчера летали, катая пассажиров. Поэтому мы переехали на соседнее поле и полетели оттуда в сторону Лимана. А на Лимане было весело! Там были такие каналы, спустившись в которые можно было носиться низко над водой, меж стен густорастущего камыша. А ещё там можно было оценить ТТХ разнообразных птиц.

Утка: с набором высоты по ветру дистанцию разрывает, но медленно. Развернувшись против ветра и спустившись к самой воде, отрывается мгновенно. Также имеет подавляющее превосходство в маневренности.

Чайка: какая-то мелкая, крачка, может быть? В горизонтальном полёте имеет незначительное преимущество в скорости, но убегая всё время старается набирать высоту, на что тратит много энергии и своё преимущество теряет. Поэтому не отрывается. В стаях парамотора совсем не боятся, летят рядом и любопытно поглядывают.

Цапля: эта мадам стояла по колено в косяке чётко видимой сверху рыбы, выхватывала тех, что помельче (те, что покрупнее были чуть ли не с саму цаплю размером), и с аппетитом уплетала. Два пролёта парамотора полностью проигнорировала, на третьем снялась и попыталась удрать, забавно оглядываясь «через плечо». Сильно уступает и скоростью, и скороподъёмностью, и маневренностью, оторваться неспособна. Долго гоняться за ней не стал, сжалился и оставил в покое.

Покуражившись так минут 50, мы с Андреем вернулись на старт, повисев по дороге над движущимся поездом. На старте нас уже поджидал Эрик с установкой, готовой к полёту, но без карабинов. Одолжив эти карабины у Андрея, мы взлетели, уже после захода солнца, на отработку парного пилотажа. Кое-что получалось, но не сказать, чтобы уж прямо очень хорошо. Сказывалось и отсутствие опыта в таких делах, и серьёзные различия в ТТХ, и, пожалуй, пренебрежение радиосвязью тоже. А ещё мой мотор разок как-то так страшно чихнул, громко лязгнул и выдал подозрительную вспышку из глушителя. Что это было?

Но вот, наступила ночь, волгоградские пилоты уехали домой, а мы с Юрой спрятались в машине от комаров и, коротая время декламацией баек и анекдотов, стали ждать восхода луны.

Ещё в ночь с субботы на пятницу, находясь в командировке, я взглянул в ночное небо, увидел там полную луну и понял, что время пришло. Но то работа, то погода, мешали реализации маниакальных планов. А в четверг все обстоятельства, казалось, стеклись в нужной точке. Для ночных полётов мне пока нужен небольшой ветерок, дабы не корячиться впотьмах со стартом в штиль.

И вот, наконец, долгожданная луна взошла! Была она тревожного кроваво-красного цвета и уже отнюдь не круглой формы. Глас рассудка ещё пытался вставить своё обычное «А может все-таки не надо, а?», понимая, что после взлёта его уж точно никто слушать не будет. Жалко его порой – дельные ведь вещи говорит, а на него внимания не обращают!:)

Итак, сразу после полуночи, мотор разорвал своим рёвом ночную тишину, унося меня в чёрное небо. С перепугу набрав аж 450 метров и выбрав хорошо освещённый ж/д переезд в качестве ориентира на обратный путь, я лёг на маршрут. Забегая вперёд, скажу, что общая протяжённость маршрута составила около 20 км; хотелось бы и подальше, но ночной ветер, как оказалось, имеет свои особенности. На земле он настолько слаб, что даже не позволяет вывести крыло обратным стартом, а вот на высоте 200 метров он уже сильно мешает движению. А пониже, как днём, спускаться страшновато! Не видно ведь ничего! Да, вопреки прошлогоднему опыту в Варваровке, в полях землю было видно очень плохо. Непроглядная чернота, кое-где разбавленная редкими огнями каких-то полустанков, да бледными линиями просёлочных дорог, всё же слабо различимых в лунном свете. Опоры ЛЭП были заметны только прямо сверху. Причин тому несколько: луна висела ещё не так уж высоко и светила не в полную силу, над землёй висела плотная дымка поднятой за день пыли, ну и, конечно, город. Город сиял в ночи целой галактикой разноцветных огней, сиял так ярко, что можно было отчётливо видеть расцветку параплана над головой. Кстати, приятно, чёрт возьми, наблюдать собственное крыло на фоне звёздного неба! А воздух! Этот прохладный ночной ветер, пахнущий свободой, так освежает после жаркого и удушливого "покрывала", лежащего на земле. И то чувство умиротворения и покоя, странным образом сочетающееся с приятным волнением, которое ощущаешь, паря высоко в небе под призрачными лучами луны, совершенно невидимый с земли, и любуясь сверкающей панорамой ночного города!

Однако, памятуя о том, что на обратном пути придётся бороться с существенной встречной составляющей сильного ветра, приходится поворачивать назад. На обратном пути издалека замечаю "путеводный маяк" - Юрий развернул машину по направлению моего маршрута, и периодически мигает фарами дальнего света. В 3-4 километрах от точки снижаюсь до сотни метров, зная, что препятствий впереди уж точно больше нет. И тут замечаю автомобиль, выезжающий с улицы дачного посёлка. Этот самый автомобиль остановился практически прямо подо мной, и водитель вышел из него, приступив к некоей деятельности, слабо различимой в свете габаритных огней. А я, не удержавшись, совершил акт мелкого воздушного хулиганства, включив "посадочную фару". Интересно, что подумал этот водитель, когда прямо из зенита внезапно ударил мощный луч, заключив его в чётко видимый круг света?:) На подходе выпускаю ракету, намекая Юре, что, мол, хватит мигать, пора разворачивать "освещение полосы" по ветру. Посадку совершаю в штатном режиме, время в полёте - 45 минут.

Выводы:
1. Ночные полёты - это очень здорово!
2. Предпочтительна, всё же, штилевая погода. Нужны либо ОЧЕНЬ уверенные навыки старта в штиль, либо тележка.
3. Для безопасной посадки в штатном режиме, в принципе, достаточно мощного налобного фонарика.

Все описанные события вымышлены, любые совпадения с реальными людьми и местами случайны.
DSC08109.JPG
DSC08109.JPG (3.85 МБ) 359 просмотров
DSC08105.JPG
DSC08105.JPG (2.94 МБ) 359 просмотров
DSC08104.JPG
DSC08104.JPG (1.6 МБ) 359 просмотров
Ответить